про....

Змеелов, вознеся молитвы,
Пошел в горы, чтобы поймать змею.
Он брел по горам в снежную пору
И искал большую сильную змею.
Охотясь на змей во время суровой зимы,
Змеелов нашел огромного мертвого дракона,
Который был так велик, что сердце охотника наполнилось страхом.
Змеелов взял дракона и притащил его в Багдад, желая поразить людей.
— Я принес мертвого дракона, — кричал он.
— Я изрядно пострадал, охотясь на него.
Этот человек думал, что дракон мертв, но тот был жив,
Хотя человек об этом и не догадывался.
Дракон погрузился в спячку из-за холода и снега;
Будучи живым, он казался мертвым.
Человек стал показывать его на берегу реки,
И большое смятение началось в городе Багдаде.
Сотни простаков стали собираться там, став
Добычей змеелова, как он сам — добычей дракона из-за своей глупости.

Сотни ротозеев начали тесниться вокруг.
Между тем неподвижный дракон
Был прикрыт сотнями тряпок.
Владелец принял меры предосторожности
И привязал его толстыми веревками.
В то время, когда ждали представления,
Солнце Ирака начало палить на змея.
Тропическое солнце его согрело;
Его конечности отогрелись,
Хотя казался мертвым, он ожил;
В ярости дракон начал распрямлять свои кольца.
Когда мертвый змей зашевелился, изумление людей
Умножилось в сто тысяч раз.
В ужасе они стали кричать.
В панике они начали разбегаться от ползущего змея,
Который разорвал свои узы и ринулся вперед.
Ужасный дракон, чей рык был подобен львиному.
Много людей погибло в давке;
Мертвецов набралось на сотню куч.
Змеелов застыл от ужаса на месте,
Шепча: «Что это я принес из гор и долин?»
Дракон проглотил этого оторопевшего человека в один присест.
Подобная дикость не трудна для кровожадного тирана.
Твой нафс и есть этот дракон:
как он может быть мертв?
Он лишь заморожен, поскольку лишен
благоприятных возможностей.

Если бы он получил возможности фараона,
По чьему приказу течет Нил,
Он бы творил то же, что и фараон,
И устроил бы засаду на сто Моисеев и Ааронов.
Держи дракона в снегу разлучения
с его желаниями,
Будь начеку, не перетаскивай его
под солнце Ирака!
Пусть этот твой дракон дремлет.
Если его выпустить, он сожрет тебя.
Не надеешься ли ты, не прибегая к помощи силы,
Сдержать его посредством достоинства и верности?

Руми
---
-

вам.! )

продолжение на ли.ру.
http://www.liveinternet.ru/users/3388420/post168476828/

...

Суфии — это люди, которые предпочитают Бога всему остальному, так что и Бог предпочитает их всему остальному.
Зун-н-Нун

Быть суфием — значит отказаться от всякого беспокойства, и нет худшего беспокойства, чем мы сами. Когда ты занят собой, ты отделён от Бога. Путь к Богу состоит из одного шага: шага от себя.
Абу Сайд ибн Аби-л-Хэйр

Суфий отсутствует для себя, но присутствует в Боге.
Худжвири

Суфий — это день, не нуждающийся в солнце,
Это ночь, не нуждающаяся в луне или звезде,
Это не-бытие, которое не нуждается в бытии.
Абу ‘л-Хассан ‘Али ал-Харакани

Суфизм означает, что Бог побуждает тебя умереть для себя и дарует тебе жизнь в Нем.
Джунайд

Суфий доволен всем, что делает Бог,
Дабы Бог был доволен всем, что делает суфий.
Абу Сайд ибн Аби-л-Хэйр

Суфизм — это служение, наиболее подобающее для данного момента.
Амр ион Утман ал-Макки

Суфии — это дети на коленях у Бога.
Шибли

Цвет воды зависит от цвета сосуда. Природа мистического переживания зависит от состояния мистика в данное мгновение.
Джунайд

Одна из особенностей «друга Бога» (святого) заключается в том, что он не ведает страха, ибо страх есть предчувствие чего-либо нежелательного или ожидание будущей утраты. Святой печется лишь о данном мгновении. У него нет будущего, которого можно было бы опасаться.
Из традиции

Суфий подобен земле, в которую бросают все нечистоты и из которой произрастает всё прекрасное.
Джунайд

Признак искреннего суфия заключается в том, что он ощущает себя нищим, когда богат; смиренным, когда обладает властью; и он таится, если обрел славу.
Кушайри

Человек не станет познавшим до тех пор, пока не будет подобен земле — и праведники и грешники ступают по ней; и пока не будет подобен облакам — они даруют тень всякой вещи; и пока не будет подобен дождю — он орошает всякую вещь, независимо от того, любит он ее или нет.
Баязид Бистами

Когда Абу Сайда спросили, что такое суфизм, он отвечал: «Что бы у тебя ни было на уме — забудь это. Что бы ты ни держал в руке — отдай это. Какова бы ни была твоя судьба — предстань пред ней!»
Абу Сайд ибн Аби-л-Хэйр

Суфий — это тот, к кому ничто не привязано, и кто ни к чему не привязан.
Нури

Суфизм в наше время — это имя, за которым нет ничего реального, а когда-то это была реальность без имени.
Абу ал-Хасан Фушанджа

Будь в этом мире странником, прохожим, чья одежда и обувь запылены. Иногда ты сидишь в тени дерева, иногда идешь через пустыню. Всегда будь прохожим, ибо не это твой дом.
Хадис

Уединение в обществе, странствие на родине, внешне с людьми, внутренне с Богом.
Накшбанд

Суфий — это тот, чья мысль поспевает за стопой.
Он полностью присутствует; его душа — где его тело, его тело — где его душа, его душа — где его стопа, а его стопа — где его душа.
Худжвири

«Дервиши» — это термин, указывающий на священную нищету: «нищий — это не тот, кто лишен пропитания, а тот, чья природа лишена желаний».
Худжвири

Суфизм означает, что ты ничем не владеешь, и ничто не владеет тобой.
Сумнун

Только рабы свободны!
Хафиз

Суфий — это тот, кто держит свое сердце в чистоте по отношению к Богу.
Бишр ибн ал-Харис ал-Хафи

Ты — суфий, если сердце твое так же мягко и тепло, как шерсть.
Традиционное изречение

Слова, исходящие из сердца, входят в сердце, но если они сходят с языка, то не пойдут далее ушей.
Ал-Сухраварди

Суфизм — это оставаться у двери Возлюбленной, даже если тебя прогоняют.
Рудбари

Дервиши — это братство странников, которые наблюдают за миром и присматривают за ним.
Из традиции

За четыре тысячи лет до сотворения этих тел Бог создал души и держал их подле Себя, излучая на них свет. Он знал, сколько света получено каждой душой, и одарил милостью каждую в соответствии со степенью просветленности. Души были погружены в свет, покуда не напитались им. Те, кто живет в радости и согласии друг с другом в этом мире, должны были быть близки в предвоплощённости. Здесь они любят друг друга и называются друзьями Бога, и они — братья, любящие друг друга ради Бога. Эти души узнают одна другую по запаху, как лошади.
Абу Сайд ион Аби-л-Хэпр

Если ты водишь дружбу с людьми истины, будь правдив с ними, ибо они — соглядатаи сердец. Они входят в твое сердце и покидают его так, что ты об этом даже и не знаешь.
Ахмад б. Асим ал-Антари

Суфизм не постигнешь, выслушивая проповеди, и в некоторых случаях ему обучают на примерах и при помощи наставлений, которые недоступны для обычных органов восприятия.
Из традиции

Два дервиша встретились во время хаджа
— Знаешь ли ты, почему мы оказались здесь? — спросил один из них.
— Из-за нашей небрежности, — ответил другой и заплакал.
Из традиции

Когда человек узнаёт о суфийском учении и практикует его, оно становится мудростью в его сердце, а люди, слушающие его, могут извлечь для себя пользу. Но для человека, внимающего суфийскому учению, но не практикующему его, это пустой разговор, который он забывает через несколько дней.
Ал-Сухраварди

Некий человек однажды оскорбил мудреца Джафара ал-Садика. Некоторое время спустя Джафар пошел к его дому и обратился к нему с такими словами:
— Я не ответил тогда на сказанное тобой. Если я действительно обладаю теми качествами, которые ты мне приписываешь, даю тебе слово, что покаюсь в них и не позволю себе более их проявлять. Но если я не обладаю теми качествами, которые ты приписываешь мне, я буду молиться Богу и просить его, чтобы Он простил тебя. Я прощаю тебя за сказанные тобой слова и не буду ставить их тебе в укор.
Такая доброта произвела столь сильное впечатление на человека, что он припал к ногам мудреца и раскаялся.
Шейх Музаффер

Суфий не склоняется ни перед кем, кроме Бога.
Традиционное изречение
---
http://www.vtran.ru - Доставка грузов Москваw-Сахалин

Три дервиша

Давным-давно жили три дервиша — Як, Ду и Си. Первый дервиш пришёл с севера, второй — с запада, третий — с юга. У этих людей была общая цель: они стремились к Глубокой Истине и искали Путь. Первый, Як Баба, сидел и размышлял, пока у него не начала болеть голова. Второй, Ду Ага, стоял на голове, пока у него не отнялись ноги. Третий, Си Каландар, читал книги, пока у него не пошла из носа кровь. Наконец, они решили объединить свои усилия. Дервиши удалились в уединённое место и стали сообща выполнять свои упражнения, надеясь таким образом сконцентрировать необходимое количество усилий, чтобы вызвать появление Истины. Сорок дней и сорок ночей искатели упорно добивались своей цели, и вот на сорок первый день, словно из-под земли, в вихре белого дыма перед ними возникла голова очень древнего старца.

— Это таинственный Кхидр, страх людей! — воскликнул первый дервиш.

— Да нет же, это Кутуб, столп мира, — возразил второй дервиш.

— Вы оба заблуждаетесь, — вмешался третий, — я убеждён, что это никто иной, как Абдель, Измененный.

— Я ни тот, ни другой, ни третий, — могучим глухим голосом проговорил дух. — Но я тот, кого вы можете представить. Сейчас, кажется, вы стремитесь к одной цели, которую вы называете Глубокой Истиной?

— Да, о Мастер, — хором ответили дервиши.

— Приходилось ли вам слышать когда-нибудь изречение «Путей столько же, сколько человеческих сердец»? — спросила голова и, не дожидаясь ответа, продолжала, — во всяком случае, вот ваши пути: первый дервиш должен отправиться в страну глупцов; второй дервиш должен разыскать волшебное зеркало, а третий пусть обратится за помощью к Джинну Водоворота.

Сказав так, видение исчезло.

Оставшись снова втроём, дервиши принялись обсуждать случившееся, и не только потому, что хотели собрать как можно больше информации обо всём этом, прежде чем отправиться в дорогу, но также и потому, что, хотя они следовали различными путями, каждый до сих пор верил только в один путь — в свой собственный, конечно. А теперь их ситуация была несколько иной, ибо никто из них не мог бы с уверенностью сказать, что его путь был правильным, пусть даже этот несовершенный путь отчасти способствовал появлению таинственного духа, имени которого дервиши так и не узнали.

Первым покинул келью Як Баба. Вместо того, чтобы допытываться у каждого встречного, как он всегда делал, не живёт ли где поблизости какой-нибудь учёный человек, Як Баба теперь расспрашивал о стране глупцов.

Наконец, спустя много месяцев, он повстречал человека, который объяснил ему, где находится эта страна, и Як Баба направился туда. Как только он вошёл в пределы Страны Глупцов, он увидел женщину, тащившую на себе дверь. Дервиш приблизился к ней и спросил:

— Женщина, что ты собираешься делать с этой дверью?

— Сегодня утром мой муж, отправляясь на работу, сказал мне: «Жена, в нашем доме много ценных вещей; смотри, чтобы никто не вошёл в эту дверь!» Когда я уходила, я взяла дверь с собой, так что уже никто через неё не войдёт. А теперь позволь мне оставить тебя.

С этими словами женщина отвернулась, чтобы идти своей дорогой, но Як Баба остановил её и сказал:

— Хочешь, я расскажу тебе нечто такое, что избавит тебя от необходимости повсюду таскать за собой эту тяжесть?

— Конечно, нет, — воскликнула женщина, — а если ты уж непременно хочешь помочь мне, то подскажи лучше, как сделать, чтобы дверь была не такой тяжёлой.

— Нет, этого я тебе сказать не могу, — ответил дервиш и пошёл дальше.

Пройдя еще немного, он увидел на обочине дороги толпу крестьян, которые, прижимаясь от страха друг к другу, таращились на огромный арбуз, выросший на поле.

— Подобное чудище мы встречаем впервые, — объяснили они дервишу, — оно, разумеется, вырастет ещё больше и всех нас сожрёт. Но мы не решаемся даже приблизиться к нему.

— Хотите, я кое-что расскажу вам о нём? — спросил дервиш.

— Не будь глупцом, — закричали крестьяне, — убей его! И мы тебя вознаградим. Но не думай рассказывать нам сказки, мы не желаем тебя слушать!

Тогда Як Баба вытащил из кармана нож, подошёл к арбузу и, отрезав ломоть, стал уплетать его. Это зрелище повергло людей в неописуемый ужас. С криками и воплями они кинули дервишу пригоршню монет и стали умолять его:

— Сжалься над нами, славный Повелитель Монстров, уходи и не губи нас, как ты погубил только что это чудовище!

Постепенно Як Баба стал понимать, что для того, чтобы жить среди глупцов, надо уметь думать и поступать, как они. Спустя несколько лет ему всё же удалось сделать нескольких дураков разумными, и в награду за это он был однажды удостоен глубокого знания. А так как он стал святым в стране глупцов, обитатели этой страны сохранили о нём память только как о «герое, который разрубил Зелёное Чудовище и выпил его кровь».

Они пытались сделать то же самое, чтобы заработать глубокое знание, но у них, разумеется, ничего не вышло.

Теперь возвратимся к началу рассказа и посмотрим, что случилось со вторым дервишем, Ду Ага, который отправился на поиски волшебного зеркала.

Если раньше Ду Ага повсюду разузнавал о новых мудрецах или новых упражнениях и позах, то теперь, кого бы дервиш ни встретил на своём пути, он каждого спрашивал о волшебном зеркале. Он получал множество ответов, которые только вводили его в заблуждение, пока, наконец, не осознал, где нужно искать это зеркало: оно было подвешено в одном колодце на тончайшем волоске. Зеркало было соткано из человеческих мыслей. Но так как мыслей оказалось недостаточно, всё зеркало представляло собой небольшой кусочек.

Ду Ага перехитрил демона, охранявшего колодец, и, достав зеркало, всмотрелся в него и попросил глубокого знания. В тот же миг он получил его.

Дервиш обосновался в этом месте и прожил долгую и счастливую жизнь, обучая людей мудрости. Но так как его ученики после его смерти не поддерживали определенной концентрации мыслей, необходимой для постоянного обновления зеркала, оно вскоре исчезло. Всё же по сей день некоторые люди глядят ежедневно в своё зеркало, полагая, что это и есть магическое зеркало Ду Аги.

Ну, а что касается третьего дервиша, Си Каландара, то он, расставшись со своими товарищами, повсюду разыскивал Джинна Водоворота. Этот джинн был известен под многими другими именами, но Каландар не знал об этом. В течение нескольких лет он не раз оказывался поблизости от джинна, но проходил мимо, потому что люди, к которым он обращался, либо не знали о существовании такого джинна, либо никак не предполагали, что это и есть Джинн Водоворота.

И вот, спустя много лет, Си Каландар вошёл как-то в одно селение.

— О люди, — обратился он к толпе поселян, — не слышал ли кто-нибудь из вас о Джинне Водоворота?

— Мы никогда не слышали о джинне, — ответил ему кто-то из толпы, — но эта деревня называется Водоворот.

Каландар повалился на землю и закричал:

— Я не уйду отсюда до тех пор, пока Джинн Водоворота не покажется мне!

Джинн, прятавшийся поблизости, выскочил из своего укрытия и, закружившись смерчем, заревел:

— Мы не любим, когда чужестранцы приходят в наше селение, о дервиш! Итак, я здесь, чего ты хочешь?

— Я ищу глубокое знание, — ответил Си Каландар, — и мне сказали, что только ты можешь помочь мне обрести его.

И дервиш рассказал, при каких обстоятельствах он узнал о существовании джина.

— Да, я в самом деле могу тебе помочь, — прогремел джинн. — Ты уже много сделал сам, и теперь тебе осталось только произнести определённую фразу, пропеть определённую мелодию, совершить одни действия и воздерживаться от других. Тогда глубокое знание станет твоим.

Сказав так, джинн дал дервишу подробные наставления и скрылся.

Целые годы потратил Си Каландар на то, чтобы научиться правильно выполнять данные ему обряды и упражнения. Его усердие и сосредоточенность снискали ему репутацию достойного и посвящённого человека. Люди, наблюдая за ним, заражались его примером и начинали ему во всём подражать.

И однажды дервиш достиг глубокого знания. Его подражатели к тому времени образовали целую общину, пытаясь достичь того же. Они никогда не пришли к знанию, потому что начали изучать путь Си Каландара с конца.



Впоследствии, когда бы последователи этих трех дервишей ни встречались, между ними разгорался ожесточённый спор. Одни говорили:

— Вот наше зеркало. Если вы согласны глядеть в него столько времени, сколько потребуется, вы когда-нибудь добьетесь глубокого знания.

— Принесите в жертву арбуз, — возражали им другие. — Это приведёт вас к цели, как привело некогда Як Бабу.

— Ерунда, — смеялись над ними третьи, — есть только один путь — это быть настойчивым в изучении и выполнении определённых упражнений, молитв и добрых дел.

Три дервиша, достигнув в конце концов глубокого знания, обнаружили, что не могут помочь своим последователям, подобно тому, как пловец, уносимый стремительным потоком реки, видит на берегу человека, которого преследует леопард, и не может прийти к нему на помощь.



Приключения этих людей — их имена означают в переводе «первый», «второй», «третий» — толкуются иногда как сатира на традиционную религию.

Дервиши, рассказывающие эту сказку, заявляют, что она несёт в себе скрытую миссию, более важную, чем её поверхностное значение.
---
Аарон - маг. Магия,весь спектр,во всех сферах.!

бакалейщик и попугай

Один бакалейщик имел попугая и везде, где только мог, его расхваливал. По его словам, попугай и сторожил лавку, когда он отсутствовал, и развлекал покупателей, приходивших за товаром. И так было на самом деле.

Но однажды, когда бакалейщик в очередной раз оставил свою лавку на попугая, расположившегося на прилавке среди мешков с крупами и пучками травы, тот вдруг увидел, что вблизи него промчалась кошка. От испуга попугай вздрогнул, взмахнул крыльями и подпрыгнул, зацепив при этом бутылку с благовонным маслом. Сосуд упал, масло разлилось, и хозяин, возвратившись в лавку, услышал его аромат и сразу понял, в чём дело.

Это происшествие его страшно рассердило, и он побил попугая так сильно, что тот лишился своего хохолка, перестал есть и пить, а главное — перестал разговаривать. Поостыв от своего гнева, хозяин очень огорчился при виде облысевшего и молчащего попугая.

— Лучше бы я сам облысел или даже сломал бы руку, когда только собирался тебя побить!

Он пытался разыскать какие-нибудь лекарства, обращался к праведным людям с просьбой помолиться, чтобы Господь вернул птице речь, но ничего не помогало, и попугай зловеще молчал.

Так продолжалось несколько дней и ночей, — до тех пор, пока попугаю не попался на глаза зашедший в лавку дервиш с круглой плешью на макушке. Увидев его и обращаясь к нему, попугай закричал:

— Ты так меня утешил! Теперь я вижу, что не только мне, но и тебе вырвали волосы за то, что ты где-то пролил масло!

Все, кто были в лавке, приняв слова птицы за шутку, дружно расхохотались: им было смешно, что попугай посчитал себя ровней дервишу.

Так и грешный человек иной раз возомнит себя святым только потому, что ест, пьёт и спит точно так же, как это делают праведные люди.
---

стена над потоком

Почти на самом берегу потока
Стена стояла, вознесясь высоко.
Почтенный муж на той стене однажды
В тоске сидел и пропадал от жажды.
Глядел он вожделенно на поток,
Но со стены достать его не мог.
Нечаянно он бросил вниз кирпич,
В ответ поток издал призывный клич.
И показалось: всплеск глухой и краткий
Похожим был на голос друга сладкий.
Чтобы услышать этот звук опять,
Стал в воду камни жаждущий бросать.
Ему казалось, спрашивал поток:
«Какой тебе в твоём деянье прок?»
«В моём поступке, — думал муж усталый, —
две несомненных выгоды, пожалуй.
И первая из этих выгод двух,
Что плеск желанный мне ласкает слух.
Тот звук подобен звуку Эсрафила
Для душ усопших, чей удел - могила.
Мне шум напоминает дальний гром
В тот день, когда иссохло всё кругом.
Тот звук желанен, как грошей бренчанье
Для бедняков, что просят подаянье.
На звон ключей похож он, как ни странно,
Сулящий волю узникам зиндана.
Когда я со стены кирпич бросаю,
Корысть мне в этом деле и другая:
Становится стена намного ниже,
А значит, я к воде желанной ближе!»
Плоть есть стена, ты плоть смири однажды,
Когда и вправду жаждешь ты и страждешь.
Чем мы надменней, шея чем длинней,
Тем нам свою главу склонять трудней.
Мы каменные стены разрушаем,
Когда, молясь, колена преклоняем.
Мы рушим все преграды меж собой
И благодатною живой водой.
И чем стена соблазнов наша ниже,
Тем мы к прозрачному потоку ближе.
---

кошерная речь

Ребе Иаков Ицхак из Пшисхи, Святой Еврей, однажды велел своему старшему ученику — ребе Симхе Буниму — совершить путешествие в одно далёкое селение. Тот спросил о цели путешествия, но наставник промолчал.

Ребе Симха Буним взял с собой нескольких хасидим. Когда они, наконец, достигли цели своего путешествия, солнце клонилось к закату. Поскольку в местечке не было гостиницы, ребе велел вознице остановиться около первого же жилища и затем постучал в дверь. Хозяин впустил всю компанию в дом. Когда гости спросили, накормят ли их здесь ужином, он ответил, что у него нет молочных продуктов, есть только мясо.

Хасидим тут же засыпали его вопросами о том, соответствует ли мясо нормам кашрут (законам о кошерности). И кто был шохетом (специалистом по кошерному забою животных)? Были ли лёгкие животного безукоризненно чистыми? Было ли мясо животного хорошо просолено, чтобы убрать малейшие остатки крови, как того требует закон? Они ещё долго допрашивали бы хозяина, но тут их окликнули из глубины комнаты.

Хасиды обернулись и увидели человека в одежде бродяги, который сидел возле очага и курил трубку.

— Дорогие хасиды, — сказал бродяга, — вы с таким вниманием следите за тем, что попадёт вам в рот, и при этом вас нисколько не беспокоит то, что у вас изо рта выходит!

Услышав эти слова, Симха Буним понял, какова была цель их путешествия. Он с почтением поклонился бродяге, поблагодарил хозяина за гостеприимство и пошёл к повозке, бросив на ходу своим ученикам:

— Поехали назад, теперь мы можем возвращаться в Пшисху.

---


Комментарий Рами Шапиро

Баал Шем Тов учил, что любое услышанное тобой слово, каким бы случайным и бессмысленным оно ни казалось, предназначено специально для твоих ушей.

В каждый миг жизнь предоставляет тебе возможность заглянуть в себя и понять, каким образом ты можешь улучшить свои мысли, слова и деяния. Не воображай, будто мир вращается вокруг тебя, — однако помни: всё, что есть в мире, есть также и в тебе. Пусть твоим ребе станет сама реальность.
---
-