ВЕСЕННЯЯ ИГРИВОСТЬ

"Проснись с началом щебетанья и взлети" - Руми
O ВЕСЕННЕЙ ИГРИВОСТИ
Веснoй экстаз кажется нормой существования, а другие состояния не гармонируют с этим периодом бурного духовного роста. Песня, головокружительное молчание, оживленная беседа растений. Нету никакой срочности в том, чтобы промолвить или промолчать. Мы ощущаем сопричастность некоему весёлому протуберанцу, рвущемуся из-под земли к свету. А иногда нам хочется просто поваляться в цыганской телеге, едущей Бог знает куда.
Весна в Персии, Турции и в России одинакова - длительный период экстравагантного бурного роста всего живого, после длинной, холодной, снежной зимы; период высокого чистого неба, дурманящих запахов земли и странного внутреннего состояния. В этих счастливых странах, Весна - не метафора возрождения природы, а само возрождение.
Мистик описывает состояния внутреннего мира, содержащего в себе всю вселенную, и пользуется для этого метафорическим языком погоды.
ВЕСНА
Опять пред лилией фиалка клонит лик,
Шипом прорвала роза тесный бархат,
И в небо рвётся легион зелёных пик,
От томной страсти стонет ночь-дикарка!
Опять в степи блуждает пьяный анемон,
Целует гиацинт уста жасмина,
Торжественно клянётся: "Я навек влюблён!"
Рехнулись мы - виною жар хамсина*!
Опять по всем дорогам бродят дервиши,
Играет ветр с застенчивым бутоном,
Благоухающим в полуденной тиши,
Блистающим в неведении сонном!
Опять повеса-ветер всем цветам дружок,
И Друга всюду видны проявленья:
Вот прожурчал Он, как весенний ручеёк,
Как лотос, насладился ветра пеньем!
Опять сирени подмигнул нарцисс шальной:
- "Меня ль ждала, ты, пышная красотка?"
А ива к клеверу склонилась головой,
В тенистый терем приглашая кротко.
- "О, апельсин, зачем ты прячешь свой цветок?",
Кудрявенькая яблонька спросила.
- "Боюсь, не сглазил бы меня дурной глазок,
И не унёс красу мою в могилу!"
Опять голубка стонет: "Кто он? Где он? Друг?"
А соловей себе нашёл уж розу,
Опять весна сквозь снег пробилась и вокруг
Царят любовь, веселье, смех и грёзы!
Oпять скользит в злачёном облаке луна,
И хоть сказать ещё я должен много,
Да поздно ныне ... Нам ночная тишина
Велит назавтра отложить эклогу.
_____________________________
* Хамсин (араб.) – букв. "пятьдесят", жаркий южный ветер, дующий на Ближнем Востоке 50 суток весной.
-

кто владеет информацией - владеет всем.!
медицинский справочник, полезные медицинские статьи http://med-archive.ru

про....

Змеелов, вознеся молитвы,
Пошел в горы, чтобы поймать змею.
Он брел по горам в снежную пору
И искал большую сильную змею.
Охотясь на змей во время суровой зимы,
Змеелов нашел огромного мертвого дракона,
Который был так велик, что сердце охотника наполнилось страхом.
Змеелов взял дракона и притащил его в Багдад, желая поразить людей.
— Я принес мертвого дракона, — кричал он.
— Я изрядно пострадал, охотясь на него.
Этот человек думал, что дракон мертв, но тот был жив,
Хотя человек об этом и не догадывался.
Дракон погрузился в спячку из-за холода и снега;
Будучи живым, он казался мертвым.
Человек стал показывать его на берегу реки,
И большое смятение началось в городе Багдаде.
Сотни простаков стали собираться там, став
Добычей змеелова, как он сам — добычей дракона из-за своей глупости.

Сотни ротозеев начали тесниться вокруг.
Между тем неподвижный дракон
Был прикрыт сотнями тряпок.
Владелец принял меры предосторожности
И привязал его толстыми веревками.
В то время, когда ждали представления,
Солнце Ирака начало палить на змея.
Тропическое солнце его согрело;
Его конечности отогрелись,
Хотя казался мертвым, он ожил;
В ярости дракон начал распрямлять свои кольца.
Когда мертвый змей зашевелился, изумление людей
Умножилось в сто тысяч раз.
В ужасе они стали кричать.
В панике они начали разбегаться от ползущего змея,
Который разорвал свои узы и ринулся вперед.
Ужасный дракон, чей рык был подобен львиному.
Много людей погибло в давке;
Мертвецов набралось на сотню куч.
Змеелов застыл от ужаса на месте,
Шепча: «Что это я принес из гор и долин?»
Дракон проглотил этого оторопевшего человека в один присест.
Подобная дикость не трудна для кровожадного тирана.
Твой нафс и есть этот дракон:
как он может быть мертв?
Он лишь заморожен, поскольку лишен
благоприятных возможностей.

Если бы он получил возможности фараона,
По чьему приказу течет Нил,
Он бы творил то же, что и фараон,
И устроил бы засаду на сто Моисеев и Ааронов.
Держи дракона в снегу разлучения
с его желаниями,
Будь начеку, не перетаскивай его
под солнце Ирака!
Пусть этот твой дракон дремлет.
Если его выпустить, он сожрет тебя.
Не надеешься ли ты, не прибегая к помощи силы,
Сдержать его посредством достоинства и верности?

Руми
---
-

стена над потоком

Почти на самом берегу потока
Стена стояла, вознесясь высоко.
Почтенный муж на той стене однажды
В тоске сидел и пропадал от жажды.
Глядел он вожделенно на поток,
Но со стены достать его не мог.
Нечаянно он бросил вниз кирпич,
В ответ поток издал призывный клич.
И показалось: всплеск глухой и краткий
Похожим был на голос друга сладкий.
Чтобы услышать этот звук опять,
Стал в воду камни жаждущий бросать.
Ему казалось, спрашивал поток:
«Какой тебе в твоём деянье прок?»
«В моём поступке, — думал муж усталый, —
две несомненных выгоды, пожалуй.
И первая из этих выгод двух,
Что плеск желанный мне ласкает слух.
Тот звук подобен звуку Эсрафила
Для душ усопших, чей удел - могила.
Мне шум напоминает дальний гром
В тот день, когда иссохло всё кругом.
Тот звук желанен, как грошей бренчанье
Для бедняков, что просят подаянье.
На звон ключей похож он, как ни странно,
Сулящий волю узникам зиндана.
Когда я со стены кирпич бросаю,
Корысть мне в этом деле и другая:
Становится стена намного ниже,
А значит, я к воде желанной ближе!»
Плоть есть стена, ты плоть смири однажды,
Когда и вправду жаждешь ты и страждешь.
Чем мы надменней, шея чем длинней,
Тем нам свою главу склонять трудней.
Мы каменные стены разрушаем,
Когда, молясь, колена преклоняем.
Мы рушим все преграды меж собой
И благодатною живой водой.
И чем стена соблазнов наша ниже,
Тем мы к прозрачному потоку ближе.
---